«Позолоченный телёнок» в Усть-Куте (по Ильфу и Петрову)

Надо заметить, чиновников тоже придумали обычные граждане! Но чиновники как-то сразу об этом забыли! Кротких и умных обычных граждан стали давить! Налогами, идиотскими законами, запретами. Власть и деньги, идеи обычных граждан, жадные чиновники присвоили себе. Для обычных граждан они придумали некие гетто внутри страны, где роли колючей проволоки играют законы.

Гражданин в фуражке, по форме напоминающую головной убор то ли полиции, то ли ФСБ, несомненно принадлежал к большей и лучшей части человечества. Он двигался по улицам Усть-Кута, со снисходительным любопытством озираясь по сторонам. Город, видимо ничем не поразил гражданина в фуражке. Он увидел десятки облезлых и грязных стандартных пятиэтажек, бросились ему в глаза и выбоины на дорогах, заполненные весенней грязью, смешанной с таяным снегом. У административного здания две старушки с ностальгией вспоминали Советскую власть и любимых дочерей.

Пройдя через дорогу, и раза три попадая лаковыми штиблетами в грязь, он очутился перед входом в местную администрацию. Рассматривая не мытые джипы рядом с пристанищем местной богемы, он вздохнул.  -Нет -, огорчённо произнёс он, — это не Рио-де-Жанейро, это гораздо хуже.

В эту минуту из здания администрации вышли двое, пожилой мужчина, с висячим, как банан носом, и его собеседник, человек в длиннополой толстовке. Он что-то горячо доказывал пожилому мужчине, но тот вместо ответа показывал кукиш и отрицательно мотал головой. Обе стороны часто и особенно громко произносили слово «откат». Вскоре стали слышны и другие слова.

— Вы за это ответите, господин Талмудовский !- крикнул долгополый, отводя кукиш от своего лица.

— А я вам говорю, что за такие условия вам ни одна порядочная фирма школу строить не будет, за такие грабительские откаты — ответил Талмудовский и вернул кукиш на прежнюю позицию.

— Вы опять о том, что вам мало оставшихся денег? Придётся поставить вопрос перед соответствующими органами!

— Плевал я на деньги, но чем мне рабочим платить? Они же не будут работать бесплатно! Вы меня хотите заставить работать в этой крысиной норе!

Талмудовский разжал кукиш  и принялся считать по пальцам:

— Город-свинюшник, театра нет, откаты… такси, такси!

— Стойте, стойте! — завизжал длиннополый, — я, как представитель КУМИ, Кондрат Иванович, побойтесь Бога, ведь сам губернатор ждёт своего отката, а как его сделать, если вы не подпишите контракт! У меня в портфеле протокол!

И представитель КУМИ стал вытаскивать из папки какую-то бумажку. Эта неосторожность решила спор. Увидев, что путь свободен, Талмудовский запрыгнул в такси и закричал:

— Поехали на вокзал!

— Куда? куда? — залепетал долгополый, — вы дезертир государственных интересов, интересов мэра, губернатора!

Приезжий, с интересом наблюдающий инцидент, постоял с минуту на опустевшей площадке перед администрацией и убеждённым тоном сказал:

— Нет, это не Рио-де-Жанейро.

Через минуту он стучался в дверь главы администрации.

— Вам кого? — спросила секретарь — зачем вам к главе? Он занят, его нет!

Как видно, посетитель тонко знал систему обращения с секретарями правительственных и региональных администраций. Он не стал уверять, что прибыл по срочному личному делу.

-Следственный комитет! — сухо бросил он оторопевшей секретарше и засовывая голову в дверь, спросил, — к вам можно?

И, не дожидаясь ответа приблизился к письменному столу.

-Здравствуйте, вы меня не узнаёте?

Мэр, черноголовый большеголовый человек в чёрном пиджаке и таких же брюках, усиленно лайкая раскованных несовершеннолетних девиц в смартфоне, посмотрел на посетителя довольно рассеянно и заявил, что не узнаёт.

-Неужели не узнаёте? А между тем многие находят, что я поразительно похож на своего отца.

-я тоже похож на своего отца, — нетерпеливо сказал мэр, — вам чего, молодой человек?

-Тут всё дело в том, какой отец, — грустно заметил посетитель. — я сын Владимира Владимировича Путина.

Мэр смутился и привстал, — позвольте, у Владимира Владимировича нет сына, у него дочери!

-Вот, — с таким пылом воскликнул посетитель, что ошалелый мэр попятился назад, сшибая кресло, — вот, и я о том же! Да, конечно, я не пошёл по его стопам, не стал президентом, а у него были такие надежды, ну вы же понимаете? — с таким же напором произнёс человек в фуражке, и мэр невольно закивал головой.

— Вот, вот, все только о моих сёстрах и говорят, а я будто не существую эх, папа, папа, — воздел руки посетитель к портрету президента позади мэра, — за что ты так со мной?

-Очень хорошо, что вы зашли, — с кислой улыбкой произнёс ошалевший мэр, — вы, вероятно из Москвы?

-Да, проездом, — ответил посетитель, рассматривая физиономию главы администрации, не обезображенную интеллектом.

-А как там ваш папа? Как сёстры, как их зовут, простите великодушно, запамятовал.

-Ах, как нехорошо, — подумал посетитель, который и сам не знал имён своих сестёр.

-Дааааа,- протянул он, уклоняясь от ответа,- не то время, теперь многие не знают имён дочерей главы государства. Я, собственно, попал к вам в город совершенно случайно, дорожная неприятность, летел в Нью-Йорк, и вот на тебе…

Мэр очень обрадовался перемене разговора, справедливо полагая, что не знание имён таких важных особ может сказаться на его карьере, а ему ещё так много надо было сделать, построить дом, на берегу моря, в Испании и США, вырастить сына и отправить учиться в Англию, открыть счёт в Швейцарском банке…

Сын президента между тем мягко, без нажима перешёл к делу. Он просил пятьдесят миллионов. Мэр, стеснённый рамками собственной жадности, смог предложить всего пять, жалуясь,что бюджет урезали, откаты упали, подрядчики корыстные, только о деле и думают, не вникая в тяжёлое финансовое положение главы. Так же глава администрации предложил акции местной нефтяной компании, справедливо полагая, что вряд ли увидит с них дивиденды.

Сын президента положил карточку и акции в карман, и пока мэр не очухался, выскользнул из кабинета, пролетя мимо так и не пришедшей в себя секретарши.

-Дааааааа, это не Рио-де-Жанейро, — глубокомысленно заметил он в третий раз, — но в моём случае это хорошо, там бы уже посадили, либо меня, либо мэра, а скорее всего — обоих…

Conscience

Специально для «УК24»

Группа в Вайбер 

Канал в Телеграмм

Наш Инстаграм