Криминальный Ангарск. Как разорили крупную компанию, работавшую с 1991 года ​

Бизнес — это всегда риск. Но он оправдан, когда предприниматель не гонится за прибылью, а вкладывает в свое дело душу. Сейчас не девяностые, но и в наше время вести бизнес небезопасно даже крупным и опытным предпринимателям. Всегда найдется «акула», которая захочет слопать жирного «карася». Так и случилось с компанией из Ангарска.

Чего тебе надо?

Когда в стране только зарождалось кооперативное движение, я – молодой инженер-строитель создал кооперативное проектное бюро, а затем брокерскую контору. Многие мои знакомые, глядя на меня, крутили пальцем у виска: «Работаешь на госпредприятии, чего тебе еще надо?» Действительно, хорошая должность, стабильная зарплата. Работай – не хочу! Но бизнес открывал совсем другие перспективы: возможность быть свободным, создавать рабочие места, развивать не только свой город, но и регион. Для этого и силы были, и голова на плечах, и надежные партнеры. И ведь получилось!

В 1991 году мы создали производственно-коммерческую фирму «СБС», где я с первого дня был генеральным директором. Начинали, как и все в те годы, с торговли. Продавали все подряд: от зубной пасты до тушенки — сгущенки. А когда встали на ноги, стали развивать три ключевых направления — строительство, общепит и ту же торговлю, но уже на более высоком уровне. Всегда двигались вперед, искали оригинальные идеи, свои задумки воплощали в жизнь. Так, в Ангарске мы первыми создали сеть кафе городского типа «Малина»: купили недостроенное здание, провели его реконструкцию. Ангарчане нашу идею оценили, кафе было популярным. Затем мы еще не раз покупали недостроенные здания, делали их реконструкцию и сдавали в аренду под офисы и магазины.

Компания успешно развивалась, в лучшие годы входила в пятерку крупных компаний Ангарска. В то время у нас работали более 500 человек, люди получали достойную зарплату. Наша компания вовремя платила и налоги, причем в немалых объемах.

В 2003 году мы вышли на федеральные контракты, сотрудничество нам предложили такие известные компании, как «САН ИнБев», компания «PepsiCo» и «Вимм-Билль-Данн». Мы стали их официальными дистрибьюторами в Иркутской области. Это был масштабный проект: около 5 тысяч контрагентов, ежемесячные обороты с 500 тысяч выросли до 200 млн. рублей. Бизнес такого масштаба, который не топчется на месте, а активно развивается, требует немалых финансовых вливаний, поэтому наша компания брала кредиты в разных банках. В 2009 году Байкальский банк ПАО «Сбербанк» предложил нам перекредитоваться под более низкий процент. Как было не согласиться? Мы доверяли этому банку, считали его надежным партнером, который ценит и бережет своих платежеспособных клиентов.

По оценке Сбербанка, имущество производственно- коммерческой фирмы «СБС» составляло 369 млн. рублей. Это была реальная оценка, с которой мы согласились. Не сомневаюсь, что наша компания была выгодным клиентом Сбербанка: за 10 лет сотрудничества мы ни разу не нарушили свои обязательства, только процентами выплатили более 300 млн рублей. При этом банк всегда нас контролировал: анализировал экономическое состояние, налоговые отчисления. Нам даже установили определенный уровень прибыли. Держите планку высоко! Мы и держали.

Известно, что любой банк, выдавая крупный кредит, страхуется — берет под залог имущество заемщика. Если тот прогорит, банк в накладе не останется.Таковы условия, поэтому и наша компания брала кредиты под залог имущества, ничего не скрывая, не пряча, на родных и знакомых не переписывая. Скажу больше, когда банк предложил мне отдать в залог не только имущество компании, но и личные автомобили, я согласился, так как был уверен, что наша компания никогда не пойдет с молотка. Но жизнь часто преподносит сюрпризы.

Себе в ущерб

В начале 2017 года к управлению «САН ИнБев» пришли граждане Украины. Меня вызывали в Москву и в одностороннем порядке существенно изменили условия контракта, который стал для нас экономически невыгодным. Сотрудничество было прекращено. Увы, результат предсказуем — наше финансовое положение резко ухудшилось. В такой ситуации оказалась не только ангарская фирма, пострадали многие российские компании, сотрудничавшие с «САН ИнБев».

Мы руки не опускали, погасили солидную часть кредита — 60 млн рублей, но остались должны еще 280 млн рублей. Однако, напомню, наш долг был полностью обеспечен недвижимым имуществом компании на 340 млн рублей, к тому же у фирмы была дебиторская задолженность — около 80 млн рублей. То есть при задолженности в 280 млн. рублей активы компании «СБС» составляли 420 млн рублей. Эти сведения подтверждаются оценкой ПАО «Сбербанк» и привлеченной банком экспертной организацией, который, выдавая кредиты под залог, указывал в своих отчетных документах стоимость этого имущества.

Как предприятию безболезненно выйти из непростого положения? Мы обратились в банк с просьбой помочь в решении возникшей ситуации. При этом наивно полагали, что банк намерен сохранить клиента, проверенного годами, чтобы он и дальше работал, получал доходы и гасил долги. Это в интересах и коммерческой фирмы, и самого банка. Но у сотрудников банка был, очевидно, свой корыстный сценарий — завладеть активами и «похоронить» нашу компанию. Правда, поначалу банкиры нам свои намерения не раскрывали, делая вид, что готовы протянуть руку помощи, чтобы сначала выжать из своего заемщика все соки, а затем и «добить».

Когда наша компания погасила ещё 40 млн рублей, банк пошел навстречу — предложил реструктуризацию оставшегося долга на пять лет. Это был хороший шанс: за это время мы могли продать активы компании по рыночной стоимости, взыскать дебиторскую задолженность, чтобы полностью закрыть свои доги по кредиту и остаться с доходом. Но недолго музыка играла! Судя по всему, у отдельных сотрудников банка разыгрался аппетит, и они боялись упустить такой жирный кусочек, как наша компания. Банкиры стали ссылаться на головной банк, который якобы не разрешит гасить задолженность 5 лет, поэтому нам предложил сначала заключить соглашение о реструктуризации долга на один год, выполнить определенные обязательства, а уже потом выйти на пятилетний срок. Условия соглашения были тяжелые, но нас убедили, что надо продержаться. Мы сделали все возможное, выполнили все обязательства, но меня вызвали в Иркутский банк и в дальнейшей реструктуризации долга отказали, заявив, что вводят процедуру банкротства.

За бесценок

В то время успокаивало одно — рассчитаемся с банком, будем жить без долгов, начнем с чистого листа. Но у Сбербанка, залогового кредитора и режиссера- постановщика этого «фильма ужасов», были на нас совсем другие планы. И большие права — банк единолично утверждает условия реализации активов, назначает конкурсного управляющего (нашего пригласили из Новосибирска) и руководит торгами.

Когда наше имущество пошло с молотка за бесценок, мы схватились за голову, но ничего сделать не могли. Как показывает жизнь, механизм проведения торгов далек от совершенства: подставные покупатели, низкие цены, давление на реальных покупателей. Даже конкурсный управляющий, заинтересованный продать залоговую недвижимость подороже — он получает свой процент от вырученной за реализацию суммы (наш получил 7 млн. рублей, хотя мог получить больше), и тот зависит от банка.

Заниженные цены продажи имущества компании «СБС» в ущерб и должнику, и кредитору не поддаются никакому пониманию. Так, магазин «Ленинградский» фирма «Реал» (входит в группу компаний «СБС») купила в 2014 году на целевой кредит Сбербанка в размере 27 млн. рублей. На реконструкцию и ремонт здания потратили около 20 млн., в результате ликвидность этого объекта выросла. Магазин был полностью занят арендаторами, ежемесячный доход от аренды составлял не менее 500 тысяч рублей. Зачем банку торопиться дешево продавать этот объект, если, по нашим подсчетам, с 2018 года — момента продажи и по сей день магазин принес бы более 36 млн рублей чистой прибыли? Но, как выяснилось позже, на этот магазин был свой, не исключено, что и связанный с банком, покупатель.

Банкиры выбрали хитрую тактику: выступили в роли благодетеля — гарантировали ООО «Реал» и ООО «СБС» пятилетнюю реструктуризацию оставшегося долга, чтобы сохранить фирму. Но поставили условие — продажа действующего арендного бизнеса определённой коммерческой фирме. По прямому договору, без торгов. И всего за 25 млн рублей, что как минимум в два раза ниже рыночной стоимости этого объекта. Руководитель фирмы согласился, так как этой суммы хватило бы, чтобы закрыть задолженность «Реала». Но не тут- то было! Когда сделку провели, банк без согласия руководителя списал сумму, полученную от продажи, в кредитные обязательства компании «СБС», тем самым искусственно сохранив задолженность ООО «Реал» перед банком. Мало того, за просрочку кредита фирме стали начислять проценты и штрафы, что привело к её банкротству. Об этом вопиющем факте мы сообщали конкурсному управляющему, просили оспорить в суде сделку купли-продажи, которая нанесла ущерб и должнику, и кредитору. Реакция последовала тут же, от сотрудников банка — угрозы в наш адрес в возбуждении уголовного дела, задержании и аресте.

По такому же сценарию прошла продажа административного помещения в 12а микрорайоне общей площадью 1654 кв. метра. В 2013 году ПАО «Сбербанк» купил у нас часть этого здания площадью в 530 кв. метра за 47 млн. 700 тысяч рублей, то есть по 90 тысяч за квадратный метр. Оставшуюся часть, в два раза больше проданной, мы передали в качестве залога Сбербанку по его оценке в 51 млн. рублей. В 2021 году конкурсный управляющий снизил её стоимость на 10 млн. рублей, а на торгах это помещение продали за …15 млн рублей (10 тысяч рублей за квадратный метр !) все той же коммерческой фирме, по сути аффилированной банку. Замечу, что в то время цены на недвижимость выросли, строительные компании продавали свои объекты без отделки по 70 тысяч кв. метр, а у нас административное здание в центре города с отделкой и бизнесом — по 10 тысяч рублей!

Такую позицию залогодержателя понять невозможно, она не поддается никакому здравому осмыслению. Все знают, что система продажи залогового имущества должна быть заточена не под покупателя, а под продавца. К тому же любой банк умеет считать свою прибыль и будет сражаться за каждый рубль, чтобы выгодно продать имущество должника. Если не продается, оставит себе, чтобы в дальнейшем на нем зарабатывать. В нашей ситуации Сбербанк словно ослеп: с конъюнктурой рынка стоимость продаваемых объектов не сравнивал и без каких-либо вопросов согласовывал их продажу практически за бесценок. Может быть, все дело в покупателе? Самые рентабельные объекты недвижимости купила одна и та же фирма, которая, судя по всему, сильно дружит с банком.

В итоге на торгах с согласия залогового кредитораактивы группы компаний «СБС» были проданы за бесценок, в семь раз ниже их рыночной стоимости и в пять раз ниже оценки банка, что причинило значительный ущерб и ПАО Сбербанк, и группе компаний «СБС». Наша фирма признана неплатежеспособной, так как продажа залогового имущества даже наполовину не погасила сумму выданных кредитов. Разве это не рейдерский захват нашей фирмы?

Сбербанк всегда рядом

На этом банк не успокоился, в 2019 году обратился в областную прокуратуру и в Главное Следственное Управление Иркутской области с заявлениями о привлечении меня и моего сына — Калашникова Дмитрия, руководителя ООО «Реал» и ООО «Радуга», к уголовной ответственности за мошенничество. По версии банка, пять лет назад мы похитили сами у себя и продали залоговый товар на 10 млн. рублей, чем причинили ущерб банку. К счастью, следствие в возбуждении уголовного дела отказало, придя к законному и обоснованному выводу о том, что у ООО «ПКФ СБС» и ООО «Реал» имеется кредитная задолженность, но она в полном объеме, даже с превышением, обеспеченна залоговым имуществом, о чем мною подробно указывалось выше.

Однако прокуратура Иркутской области настаивала на ждении уголовного дела. В это трудно поверить, но факт: в течение четырех лет следствие выносило обоснованное правовое решение в отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием каких либо признаков нарушения закона 15 раз! Провели 5 судебных финансово-экономических экспертиз. И следователи, и эксперты пришли к выводу, что причин для возбуждения уголовного дела нет. Эксперт на основании всех представленных документов сделал однозначный вывод, что залогового имущества хватало для удовлетворения всех требований банка с остатком ! Но под давлением сверху дело в июне 2023 года все же возбудили. Как нам стало известно из проверенных источников, банкиры для этого использовали весь свой административный ресурс. Например, в Иркутск из столицы пожаловал генерал. Правда, в отставке. Но лицо высокое — бывший генерал-лейтенант юстиции, бывший заместитель главного военного прокурора РФ, который для поддержки Сбербанка побывал на личных приемах прокурора Иркутска и прокурора Иркутской области.

Основанием к возбуждению уголовного дела послужили совершенно абсурдные доводы о хищении залога банка — непоименованных продуктов на складе на сумму 10 млн рублей, принадлежащих ООО ПКФ СБС, путем обмана (мошенничество). Но дело в том, что моя фирма никогда не заявляла ни о каком обмане, ни о каком хищении её имущества. По указаниям прокуратуры Иркутской области следствие почему-то посчитало потерпевшим лицом именно банк, хотя ему никогда никаких продуктов не принадлежало, а право залога не подменяет право собственности. Это является прописной истиной согласно Гражданскому кодексу РФ. Очевидно, что это просто предлог для начала процедуры скрытого уголовного преследования против меня. Именно поэтому само уголовное дело возбуждено по факту события, конкретных подозреваемых — нет. В качестве таковых официально не привлекаюсь ни я, ни ООО ПКФ СБС. Вместе с тем, дело фактически расследуется именно против меня. То есть по делу не расследуется хищение денег банка, а проверяются события хищения имущества ООО ПКФ СБС (продукты в остатке), по которым потерпевшим лицом привлечён банк. Это полный абсурд. В действительности, никто никогда никаких продуктов у нас не похищал. Это просто выдумка.

Кому же и зачем так хочется признать нас с сыном преступниками и упрятать за решетку? Думаю, что таким образом недобросовестные сотрудники банка хотят прикрыть неэффективную продажу, (мошенничество?) залогового имущества нашей компании. У них всё схвачено. Ситуация безысходная. Правовые инструменты защиты бизнеса и решения проблемы законным путем не работают. О каком действенном результате можно говорить, если на все наши жалобы, отправленные в Генеральную прокуратуру РФ, в ГУ МВД РФ, президенту РФ, реагируют одним образом – спускают их сверху вниз. То есть обратно в регион, тем же «блюстителям порядка», которые незаконно нас преследуют, тем самым творят в отношении нас беззаконие.

Как можем, защищаемся. В январе прошлого года Иркутский Арбитражный суд на 6 месяцев дисквалифицировал конкурсного управляющего за его незаконные действия при банкротстве моей компании. Мыподали иск в суд, требуем признать незаконным возбуждение уголовного дела против генерального директора компании « СБС» и его сына, обратились в следственное управление СК Иркутской области, просим провести проверку в отношении сотрудников Сбербанка, которые причинили ущерб моей коммерческой организации, повлекшей её банкротство. А также просим провести проверку в отношении сотрудников прокуратуры Иркутской области по факту давления на следственные органы для осуществления моего незаконного уголовного преследования.

Не знаю, как я смог пережить распродажу имущества моей компании?! Трудно дышать, когда бизнес, который ты создавал 30 лет, на твоих глазах рушат, а тебя пытаются посадить за решетку. И я, обычный гражданин без знакомых генералов ничего с этим беззаконием поделать не могу. Здоровье мое подкосилось: я попал в реанимацию БСМП в предынфарктном состоянии. Спасибо врачам за оперативную помощь!

Сейчас, во время экономических санкций, государство делает большую ставку на малый и средний бизнес, разработан комплекс мероприятий, направленных на его поддержку. Это уменьшение штрафов, мораторий на проверки и даже на банкротство.

Так, чтобы сохранить бизнес, налоговые инспекции временно прекратили подавать в арбитражные суды заявления о банкротстве компаний, у которых есть долги по налогам и взносам. Налоговики будут содействовать реструктуризации задолженности, использовать рассрочку платежа и мировые соглашения. Почему бы банку не последовать примеру налоговой инспекции?

Как подчеркивает Борис Титов, уполномоченный по правам предпринимателей при президенте России, на местах бизнес часто незаконно обвиняется, уголовные дела возбуждаются не с целью наказания виновных, а для запугивания бизнесменов, энергия и опыт которых нужны нашей экономике в тяжелый период.

Александр Калашников, предприниматель.

Подпись под фото: Еще несколько лет назад перспективы производственно — коммерческой компании «СБС» казались блестящими.